Киров Сергей Миронович - Биография

Киров Сергей Миронович

Киров Сергей Миронович Киров С. М. (1886—1934; автобиография) — член ЦК РКП и член Центр. Исполнит.

Комитета Союза ССР. Родился в 1886 г. в маленьком уездном городе Уржуме Вятской губ. В самом раннем детстве лишился отца и матери и остался вместе с двумя сестрами на попечении своей бабушки, которая жила на ежемесячную трехрублевую пенсию, так как покойный дед был николаевский солдат.

Семи лет был помещен в детский приют, ибо кормить трех внучат бабушка была не в состоянии.

Через год поступил в начальную школу, по окончании которой — в городское училище.

Учился хорошо, поэтому по окончании городского училища, в качестве земского стипендиата, был отправлен в Казанское механико-техническое училище.

Здесь начал почти самостоятельную жизнь, прежде всего ввиду ограниченности стипендии (96 рублей в год). Еще в Уржуме познакомился с политическими ссыльными, влияние которых почувствовал очень скоро. Позднее, во время приезда в Уржум на каникулы, знакомства эти стали более определенными и с более положительными результатами — достаточно аккуратно читал нелегальную литературу, много беседовал с ссыльными и проч. Эта элементарная политическая подготовка дала возможность добиться некоторых связей с казанскими студентами-революционерами, и по окончании технического училища стал достаточно определенным революционером, с уклоном к социал-демократии.

Техническую школу окончил очень успешно.

Явилось стремление продолжать образование.

Осенью 1904 г. отправился в Сибирь в Томск с намерением подготовиться для поступления в технологический институт.

В Томске поступил на общеобразовательные курсы. Вскоре в Томске связался с товарищами, работавшими в местной социал-демократической организации (Смирновым и др.). Занялся элементарной подготовительной работой.

Принимал участие в организации вооруженной демонстрации в январе 1905 г. в ответ на январьские события в Питере. 2 февраля 1905 г. был арестован на нелегальном партийном собрании вместе с 40 товарищами.

Просидел в "административном порядке" два-три месяца, был освобожден.

Отсюда и начинается настоящая революционная работа, вскоре ставшая профессиональной.

Занимался, главным образом, распространением нелегальной литературы и пропагандой, вел небольшие кружки, ходил на рабочие собрания и т. д. Примыкал к небольшой тогда группе большевиков, большинство организации было за меньшевиками.

Затем был введен в томский комитет РСДРП (под кличкой Сергей, Серж, Костриков), заведовал нелегальной типографией.

В революцию 1905 г. работал в Томске и, главным образом, на ст. Тайга, где вместе с погибшим в 1905 г. Писаревым проводил забастовку железнодорожных рабочих, прошедшую с большим успехом.

В самом начале 1906 г. партией был командирован в Москву и Ленинград для приобретения хорошей типографской машины (обыкновенный ручной станок не удовлетворял нашим заданиям), но в день отъезда был арестован на квартире казначея организации, Царевского.

Просидел в Томской тюрьме по обвинению по 126 ст. Угол. Код., около года, был освобожден под денежный залог до суда. По выходе из тюрьмы занялся вместе с М. А. Поповым, Г. Шпилевым и Решетовым устройством прекрасной, в смысле конспирации, типографии в подземелье.

Типографию устраивали на краю города в доме д-ра Грацианова — впоследствии члена Колчаковского правительства.

Работали весьма упорно.

Помещение было почти закончено.

К сожалению, однажды рано утром все четверо были арестованы на месте. Однако помещение для типографии, где был уже и типографский станок, несмотря на самый тщательный обыск, не было обнаружено (между потолком подземелья и полом, который еще не был настлан, дома был слой земли свыше аршина, а вход в подземелье — из подполья — был тщательно замаскирован).

Долго сидели под следствием, но никаких улик обнаружить жандармам не удалось.

Всех, кроме К. (Кострикова), освободили; последнему же пришлось остаться в тюрьме по первому делу, по которому он был освобожден раньше под залог. Вскоре по этому делу состоялся суд. Привлечено было шесть товарищей — К. (Костриков), Моисеев, Барон и др. Всех суд приговорил к ссылке на поселение, кроме К., которому "ввиду его несовершеннолетия" дали три года крепости.

Столь определенно предусмотренный срок неизбежного пребывания в тюрьме дал полную возможность заняться самообразованием.

Библиотека в тюрьме была достаточно приличная, кроме того, имелась возможность получать всю тогдашнюю легальную литературу.

Мешали занятиям только свирепствовавшие тогда зверские суды, в результате которых десятки людей были повешены.

Часто по ночам одиночный корпус Томской загородной тюрьмы оглашался душераздирающими криками прощавшихся с товарищами и с жизнью "смертниками", которых уводили на казнь. Но в общем заниматься было неизмеримо лучше, чем на свободе, на нелегальном положении.

Начальство как будто даже поощряло такой образ жизни заключенных — спокойнее, меньше было тюремных "концертов", голодовок и проч. По отбытии заключения переехал в Иркутск.

Организации были разгромлены.

Вскоре оказалось, что в Томске, в доме д-ра Грацианова, где была сооружена подпольная типография и над которой по воле судеб жил какой-то полицейский чиновник, провалилась печь. Жандармы вспомнили прошлое этой квартиры, раскопали подземелье, и все обнаружилось.

Пришлось бежать на Кавказ, так как Сибирь оказалась ненадежной.

Попов и др. были в разных местах арестованы.

К. оказался во Владикавказе.

Организации здесь не было. Были только отдельные товарищи.

Живя на нелегальном положении, работал в местной легальной газете в качестве сотрудника.

В 1915 г. снова был арестован и этапом препровожден в Томск по делу типографии.

Просидел в тюрьме год, судился, но был оправдан за "отсутствием улик"; в действительности дело было не в отсутствии улик, а наступала новая эра, в двери стучала революция, чего судьи не могли не слышать.

Постановлением жандармерии предназначался в Нарымский край, но и этому не суждено было сбыться.

Снова уехал на Кавказ, где к этому времени стала складываться кое-какая организация.

Здесь прожил до революции 1917 г. Принимал непосредственное участие в этой революции в качестве члена Комитета Владикавказской соц.-демокр. организации, где работали большевики и меньшевики вместе.

Вскоре после Октября, по возвращении из Ленинграда со съезда Советов, на Сев. Кавказе застал начало своеобразной гражданской войны. Был командирован организацией в Москву по делам вооружения, снабжения и проч. С большим транспортом оружия и боевых припасов возвращался в 1918 г. на Кавказ, через Царицын, однако проехать было уже нельзя.

Навстречу шла отступавшая после разгрома XI армия. Был послан в Астрахань.

Началось собирание остатков XI армии. Здесь работал по обороне Астрахани и низовьев Волги в качестве члена РВС XI армии. С разгромом Деникина вместе с XI армией шел на Сев. Кавказ, затем на Баку. На X съезде партии был избран в кандидаты члена ЦК РКП, на XI — членом ЦК РКП. После советизации Азербайджана был назначен в Грузию полномочным представителем РСФСР, а через несколько времени — в Рижскую делегацию для переговоров с Польшей.

По заключении мира с поляками был назначен на партийную работу на Сев. Кавказ, затем в Азербайджан, где работал в качестве секретаря ЦК АКП и члена закавказского Краевого Комитета. [С 1926 1-й секретарь Ленинградского губкома (обкома) и Северо-Западного бюро ЦК партии.

С 1926 кандидат в члены, с 1930 член Политбюро, в 1934 секретарь ЦК ВКП(б). Убит террористом.] {Гранат}